Клавдия каждый день надевает одну и ту же тёмно-синюю форму и идёт на проходную металлургического завода. Ей двадцать шесть, волосы ярко-рыжие, почти как осенние листья, а в глазах привычная усталость. Завод уже который год медленно умирает: цеха пустеют, оборудование ржавеет, люди уходят кто куда. Но Клавдия остаётся. Ей платят хоть и мало, зато регулярно, а это сейчас дорогого стоит.
Дома у неё отец - инвалид второй группы после аварии на том же заводе лет десять назад. Мать ушла ещё раньше, не выдержала. Теперь они вдвоём: она и папа, который целыми днями смотрит телевизор и молчит. Клавдия готовит, убирает, покупает лекарства, меняет памперсы, когда нужно. Обычная жизнь, без просвета. О любви она давно перестала думать. Кто возьмёт девушку, у которой на руках тяжёлый больной и почти нет свободного времени? А вот о ребёнке она мечтает часто и сильно. Иногда даже просыпается ночью от этой мысли и лежит, глядя в потолок, представляя, как было бы держать на руках маленького тёплого человека.
Всё изменилось неожиданно. На заводе появился новый начальник охраны - Артём. Высокий, спокойный, с короткой стрижкой и привычкой говорить негромко, но так, что все слушают. Сначала Клавдия просто здоровалась с ним по утрам, потом они стали перекидываться парой слов у курилки. Он оказался не таким, как остальные: не грубил, не орал на подчинённых, не пытался казаться важным. Просто делал свою работу и иногда шутил - тихо, беззлобно, так что Клавдия ловила себя на том, что улыбается.
Однажды вечером, когда смена закончилась, пошёл сильный дождь. Артём предложил подвезти её до дома на своей старой машине. По дороге они разговорились. Он рассказал, что сам из маленького городка, приехал сюда три месяца назад, потому что больше некуда было. Клавдия впервые за долгое время почувствовала, что её слушают по-настоящему. Не кивают для приличия, а именно слушают. Дома она долго стояла под душем, смывая запах мокрой формы и думая, что, наверное, это и есть то самое - когда вдруг становится тепло внутри без всякой причины.
Потом были другие вечера. Иногда он привозил ей кофе в термосе на ночную смену. Иногда они просто сидели в его машине после работы и разговаривали обо всём подряд: о том, как завод когда-то гудел круглые сутки, о том, какие смешные случаи бывали на проходной, о том, что оба в детстве мечтали уехать далеко-далеко. Клавдия начала замечать, что смеётся чаще. И даже папа как-то спросил: «Что это ты сегодня вся светишься?» - и она покраснела, как школьница.
Но жизнь не кино. Завод объявили банкротом. Охрану собирались сокращать. Артём предупредил, что, скорее всего, его переведут на другой объект в соседний город. Клавдия слушала молча, а внутри всё сжималось. Она не спрашивала, возьмёт ли он её с собой. Не спрашивала, потому что боялась услышать ответ. Просто продолжала ходить на работу, проверять пропуска, шутить с коллегами, а по ночам думать: ну почему всё хорошее приходит так ненадолго?
А потом случился тот день, когда Артём подошёл к ней перед сменой и сказал просто: «Я остаюсь. Нашёл способ перевести сюда другое место. И… я хочу, чтобы ты была рядом». Клавдия посмотрела на него и впервые за много лет заплакала прямо на проходной - не от горя, а от того, что вдруг стало ясно: иногда судьба всё-таки поворачивается к человеку лицом. Не сразу, не легко, но поворачивается.
Теперь они вместе. Живут пока в её маленькой квартире, где пахнет лекарствами и жареной картошкой. Папа привык к Артёму и даже иногда улыбается, когда тот приносит ему свежие газеты. Клавдия по-прежнему мечтает о ребёнке, но теперь эта мечта уже не такая одинокая. Она стала общей. И от этого кажется, что всё ещё может получиться.
Читать далее...
Всего отзывов
9